Хороший год. 2-8 марта 2020

2 марта. В Конституцию внесены поправки о русском народе

Люблю русский народ. Потому что он разный. Скажем, однажды я ехал в ночном автобусе. Из центра — к окраинам. Толкучка была адская. На площади Александра Невского в салон вошла женщина с коляской. В руке у нее была банка “Ягуара”. Она достала телефон и стала кричать в трубку неизвестному мне (надеюсь, ей — известному) человеку, какой он мудак. Потом она закончила этот увлекательный процесс и приговорила банку в три глотка. На “Новочеркасской” она вышла. Тогда я обратил внимание на другого соседа. Пожилой мужчина с грустным лицом смотрел на смартфоне концерт классической музыки. Он вышел в Веселом поселке. Надеюсь, дошел до дома. 

3 марта. Little Big представит Россию на Евровидении

После университета я решил основать рок-группу. Это странно. Обычно такие идеи приходят к молодым людям после школы. Возможно, я в развитии немного отстаю. 

Списался с людьми по электронной почте. Написал, мол, то-се, умею играть на гитаре, придумал пару песен. Меня позвали на какую-то репетицию. Я приперся куда-то во дворы на Лиговке. Позвонил в домофон. Мне сказали проходить. Поднялся на третий этаж.

-Здесь студия? — спросил я, открыв какую-то дверь. Там сидели три молодых парня и смотрели концерт Rage Against the Machine. Я решил, что это и есть моя группа. Поздоровался и стал смотреть вместе с ними. Думал, репетиция скоро начнется. Но они все сидели и смотрели.

-А ты из какой группы? — спросил у меня один.

-Beastie Boys, — сострил я.

-Ага, — уныло ответили мне.

Мы продолжили сидеть. Зак де ла Роша спел еще одну песню. 

Тут мне позвонили на мобильник. Это был гитарист моей новой группы.

— А ты где?

— А ты?

— Я? Ну сижу, в студии.

Тут я понял, что произошла какая-то дикая, нечеловеческая ошибка.

— Извините, — сказал я встал и ушел. Репетиционная точка находилась в соседней комнате.

4 марта. Болельщики подрались во время матча «Ахмат»—«Зенит»

В 14 лет я стал ходить на стадион “Петровский”. Старался не пропускать ни одного матча “Зенита”. Сидел в 15 секторе, выкрикивал “Вперед, Зенит! Вперед, за Питер!” и пытался время от времени организовать “волну”. Осенью 1998 года “Зенит” играл с “Тюменью” — аутсайдером из всех аутсайдеров. Победа выводила клуб в еврокубки. Но “Зенит” играл так себе, на табло были нули. 

Мы разговорились с соседом по трибуне. Я видел его в первый раз. Абонементы тогда никто не думал продавать, все просто брали билеты у спекулянтов.

Парень угощал меня коньяком, весело шутил и отправлял судью на мыло.

Минут за пятнадцать до конца был какой-то особенно опасный момент. Сосед оперся о перила, но что-то не рассчитал, перекувырнулся и отправился вниз — прямо на беговую дорожку. Послышался глухой звук. Бум! На его падение никто на трибуне не обратил внимания. Никто, кроме меня.

Я посмотрел вниз — там бегали санитары. Мужик лежал на спине — из носа у него текла тонкой полосой кровь.

Потом ко мне подошли менты. Я дал какие-то показания, хотя очевидно, что показания несовершеннолетнего не могли учитываться.

— А он вообще жив? — спросил я.

Милиционер пожал плечами.

Больше я не видел этого соседа и не знаю, что с ним.

5 марта. В Петербурге впервые обнаружили коронавирус. Студенческое общежитие закрыли на карантин

У моего приятеля Артема в компании начали превентивно бороться с коронавирусом. Заказали лампы для кварцевания, выдали всем защитные маски и неожиданно запретили пользоваться бумажными салфетками. Глава компании объяснил это тем, что из-за вируса люди стали чаще мыть руки, расход салфеток увеличился в разы, поэтому компании нужно сократить издержки.

— Если хотите, — сказали сотрудникам, — приносите из дома свои полотенца.

Когда один из сотрудников, самый веселый, сказал, что еще и банные тапочки с халатом принесет, ему влепили выговор.

— Коронавирус, — сказал директор, поглаживая свою седую бороду, — это не тема для шуток.

6 марта. Жительница Иваново попросила Путина взять ее в жены.

Два раза я был женат и, как писал Довлатов, оба раза — счастливо.

Важно, что оба раза мне не пришлось делать предложения.

В первый раз это вообще получилось едва ли не случайно. Лежал с девушкой в постели и вдруг говорю: “Так хорошо, что осталось только жениться”.

Девушка неожиданно не поняла шутки.

“А что, — говорит, — неплохая идея”.

Как честному человеку пришлось идти в ЗАГС.

Во второй раз мы и вовсе лежали у памятника Петру Первому. Светило солнце. Будущая жена неожиданно спросила: “О чем ты думаешь?” Я пошутил: “О браке с тобой”.

“Отличная идея”, — сказала будущая жена.

В общем, мое отвратительное чувство юмора постоянно гонит меня в под венец.

7 марта. В Липецке зафиксировали три случая заболевания коронавирусом.

Моя знакомая — из Липецка. Как-то я сидел на ее дне рождения. С ней приехал один интересный персонаж. Звали его Миша. Миша оказался очень общительным мотогонщиком с чубом на голове. Он говорил тосты, забавно шутил и был душой компании. До тех пор, пока не перестал разбавлять вино водой. В какой-то момент его понесло, он превратился в комок ярости и гнева. Начал дерзить мужчинам и хамить девушкам. Его выгнали. Потом он сидел под дверью и плакал, тыча себя пальцем в грудь.

-Вообще он хороший, — говорила знакомая, — но пить ему, конечно, не стоит.

Потом этот Миша куда-то ушел, и след его затерялся во мгле.

8 марта. Роналдиньо арестовали в Парагвае за поддельные паспорта.

Роналдиньо у многих был любимым игроком детства. Благодаря ему во дворе все принялись отдавать пасы-негляделки. Получалось, конечно, не у всех. Я всегда отправлял мяч в аут с бесстрастным лицом. В итоге Роналдиньо стали называть Лешу Алексеева, который учился в футбольной школе. За мной же закрепилось прозвище Горлукович. Не будут говорить — почему.

Please follow and like us: