Не только пицца

1.

Прилетели в Рим. 

У аэропорта кучковались возбужденные таксисты. Минуя их, проскочили к аэроэкспрессу. Сели на тот, что идет со всеми остановками. Так дешевле. 

Перекусили булочкой с моцареллой и прошутто. Булочка оказалась суховата, прошутто — солоноват. Но сам по себе факт перекуса радовал. 

Свободных мест оставалось мало. Поезд тронулся. Я пытался разглядеть в маленькое окошко Италию, но видел только лачуги бедняков, как из фильма “Ночи Кабирии”. Наверное, это и была Италия.

Здесь должна была быть классная фотки Рима, но у меня ее нет

Вышли не на центральном вокзале, а в Трастевере. У трамвайного кольца лежали горы мусора. Мимо них бродили задумчивые люди и не менее задумчивые коты. Арабы продавали кебаб. Гнали вперед мотороллеры. Мимо меня прошел парень в футболке с Салахом. Вспомнилось, что Мо когда-то играл за “Рому”.

-Кажется, у нас не самый лучший район, — сказала Ксюша.

— Не у нас, — поправил я. — А у них.

Главная улица казалась бесконечной. Мы шли и шли. В середине улицы лежала трамвайная линия. по ней иногда проносилось что-то с рекламой женского нижнего белья. Мы шли. Мусора стало чуть меньше. Появились деревья. Магазинчики.

В общем, ситуация немного улучшилась. 

Нашли апартаменты. Они находились аккурат между кебабной и пиццерией. В кебабной народа было значительно больше. Проверил карту. Кажется, совсем близко протекал Тибр. В любом случае, он теперь был ближе, чем Нева.

Завтрак у «Тиффани»

Апартаменты нам понравились. Там был ловно сделан второй этаж с кроватью и душевой комнатой. На стене висел портрет Одри Хепберн из кинофильма “Завтрак у Тиффани”. Мебель, возможно, помнила Муссолини. Кондиционер работал, пусть и с перебоями.

Вечером гуляли по городу. Зашли в кафешку, где нам подали вкусную пиццу и алкоголь по безумной цене. Прогулялись по цирку Массимо. Там было пугающе безлюдно. В темноте Колизей казался ловко собранной театральной декорацией.

Выпили еще пива и пошли обратно.   

На следующее утро проснулись и отправились завтракать. Поскольку мы находились в самом сердце Италии, я выбрал американский завтрак, а Ксюша — английский. Но приглянулся он не только там. Один синьор схватил с моей тарелки сосиску и побежал по улице, кушая ее на ходу. Мне, конечно, не жалко, но осадок остался.

Вообще во второй день нам часто не везло. Вот пришли мы к Ватикану. Шли долго. Вечность. Внизу бурлил Тибр. Машины мчались мимо нас. Солнце палило. Собор святого Петра показался увеличенной копией Казанского. Но смирится можно. Пошли в собор, но оказалось туда нельзя с непокрытыми плечами.

-Можно подумать, — сказала Ксюша, — что в Ватикане такой фетиш — женские плечи.

Но карабинер не понял ее иронии…

Пошли обедать. Съели спагетти, выпили пиво. Стало легче на душе. Решили податься в Ботанический сад. Говорят, он особенно хорош в это время года. Поднялись на один из римских холмов (их здесь не семь, а примерно тридцать семь). Пошли вдоль ограды. Лес сгущался вокруг нас. Наконец пришли в тупик. Входа в сад так и не нашли. Зато посмотрели через высокий забор на сад в японском стиле… Ладно, пошли обратно снова пиво пить.

Ближе к вечеру углубились в историческую часть Рима. Даже попали в Пантеон — большой храм, напоминающий фритюрницу, с дырой в крыше. Там покоится Рафаэль. Могила у него интересная.

Решили покататься на обзорном автобусе, но маршрут уже закрылся.

Плюнули на все и пошли вино домой пить.

Вино оказалось кислым.

Третий день мы встретили во всеоружии. С ходу поссорились, рассуждая в какой идти музей. Примирение было бурным. Еще более бурным, чем ссора.

Попали все же на автобус. На втором этаже было так душно, что хотелось сдохнуть. Пот лил как будто я в душе. На первом этаже работал кондиционер, но ничего не было видно.

Прогулялись по Вилла Боргезе — это такой малопонятный сад с небольшим озерцом, где на лодках катаются молодые римляне (возможно, это нанятые актеры). На метро доехали до Ватикана, чтобы отправить открытки родственникам. Открытка стоит 50 центов, а ручка, чтобы ее заполнить — два с половиной евро.

Старались найти место не для туристов. Но, кажется, в Риме все места для туристов. Поужинали мы так себе. Хоть вино было вкусным.

Развалины не производили на меня впечатления. 

А утром рано нужно было уезжать в Катанию.

2.

Пришло время перебираться дальше на юг. Мы устремились на Сицилию. Потому что там классно. Действительно классно. Ну и еще потому что пришло время пляжного отдыха.

Поезд отходил в начале восьмого утра, поэтому пришлось брать такси. Таксист оказался не из тех, что везет с юга в центр через север. Заплатили всего десять евро. На вокзале внезапно не оказалось нашего поезда. Ни станции назначения, ни времени отправления. Все было другое. Ладно. Оказалось, отправление почему-то перенесли на пару минут. А поезд, на котором мы едем не обычный, а спаренный. Половина состава идет до Палермо. Другая – до Катании. Нам нужна та часть, что отправляется на юг острова.

В поезде работал кондиционер, но с перебоями. Станций было много, одни люди приходили, другие сходили, причем, не только итальянцы, но и немцы, американцы, даже попалась русская семья, отправившаяся в Неаполь. В Неаполе, кстати, была самая длинная остановка. Об этом городе я могу сказать только то, что он выглядит опрятнее Рима.

Маршрут был долгий. Почти 600 километров. Почти 11 часов. На станция «Вилла что-то там» поезд загнали внутрь огромного парома. Здесь кончалась материковая Италия. Сицилия раскинулась по другую сторону пролива. Пролив был такой узкий, что казалось удивительным, что его вообще изображают на картах.

На пароме

В буфет тут же выстроилась очередь. Кажется, все решили срочно купить воду и пирожок. Мы же кайфовали с Ксюшей на палубе. Дул ветер, свежий и приятный. Покидать материк было как-то особенно приятно.

В Мессине сошли оставшиеся пассажиры, и до Катании мы ехали вообще чуть ли не в одиночестве.

Катания оказалась куда более очаровательным и итальянским городком, чем Рим. Здесь все было похожее, только меньше: площади, фонтаны, туристические автобусы, цены… В первый день мы ужинали на рыбном рынке. Вернее – утром это место – рынок, а вечером из соседних ресторанов выносят столики – и получается, что уже и не рынок. Правда, запах рыбы никуда не исчезал, но здесь уже ничего не поделать.

Апартаменты, в которых мы поселились, принадлежали одному сицилийскому гею по имени Марко. Он напомнил Роберта Дауни-младшего на минималках. Веселый. Спросил у меня про Путина. Показал на карте место, где тусуются геи, а потом подмигнул. Причем, не мне, а Ксюше.

В самом городе меня впечатлила разве что главная церковь местного бенедиктинского монастыря (сейчас в самом монастыре гуманитарный университет).  Итальянцы начали строить здание, но не достроили. Решили, что спроектированно что-то не правильно. А может, денег не хватило. В общем, стоят у фасады полупостроенные колонны, напоминающие колбаски.

Так выглядит настоящий долгострой

На следующий день мы поехали на пляж. Здесь он называется La Playa – название испанское, и местные не могут объяснить, откуда оно здесь взялось. Там мы лежали в тени огромного зонтика пили местное пиво Моретти по два евро за штуку и купались в теплом море, лавируя между медузами.

Вернувшись в апартаменты, поняли, что сгорели. Моя кожа из белоснежной стала красной, как флаг СССР. Я с трудом мог двигаться, а разговаривать не мог вовсе. Ночью поднялась температура, и я надеялся, что монахи-бенедиктинцы молятся за меня – так мне было плохо.

Но на следующее утро стало полегче. Хотя в голове все еще был туман, а плечи саднили. Мы набрались мужества и отправились на Этну. О, Этна! Гора, напоминающая застывшее перепаханное поле картофеля… Нашим гидом была девушка по имени Валентина. Она говорили на английском примерно на таком же уровне, что и я, поэтому больших проблем в общении не возникло. Мы погрузились в ее тойоту и рванули в горы через мелкие итальянские деревушки. Валентина вела машину так осторожно, словно везла нитроглицерин. Но в автомобиле работал кондиционер, поэтому было чудесно.

Этнография

Конечно, мы тоже разговаривали о Путине. А еще – о Берлускони и состоянии итальянской экономики и новой холодной войне. Об Этне говорили не так много. Однажды, после какого-то поворота она резко остановила машину. «Видите, — говорит, — этот алтарь. Его поставили здесь в 2001 году, после извержения Этны. Лава тогда почти дошла до местной деревушки и остановилась буквально в паре десятков метров от нее». После этого она отвела нас в туристическую лавку, где нам попытались втюхать оливки и вино по баснословным ценам. От оливок мы отказались. От вина не смогли.

На следующее утро следовало выбираться из Катании и ехать в Чефалу, город на севере острова, где у нас забронирован отель. Проблема заключалась только в том, что билетов на поезд, автобус, самолет или гироскутер мы не купили. Пришлось импровизировать. Приехали на автовокзал за пять минут до отправки автобуса на Мессину. И это хорошо, потому что прямого сообщения между Чефалу и Катанией не существует. Мы вернулись в город, похожий по своему значению на крымскую Керчь, немного поглазели на паромы и съели по аранчини – шарикам с рисом и какими-то овощами, внешне напоминающими котлету по-киевски, но без котлеты. Затем пошли на вокзал и купили билеты на поезд до Палермо. Нам следовало сойти за две остановки до столицы Сицилии. Что мы и сделали, несмотря на то, что поезд безбожно опаздывал, а кондуктор занимался только  тем, что выгонял из вагона первого класса пассажиров, у которых был билет во второй.

Чефалу оказался маленьким очаровательным городском под скалой. Таким, будто его сделали по инструкции «Как создать город для романтических путешествий». Я, кстати, не знал, что он окажется таким, но, конечно, вида не подал. Отель у нас был самый обычный, в стоимость номера включен средненький завтрак с хлипким кофе. Окна выходят на улицу, а не на море. Ну и ладно. Нам и там было хорошо. Вечером мы ели морепродукты на террасе местного ресторана. Морепродукты оказались так себе, зато вид – потрясающим. Солнце медленно опускалось в воду и, клянусь, я слышал шипение.

Чефалу во всей его красе

Когда стемнело, пошли на набережную. Море билось о берег и о стены домов, нависающими над лагуной. Вино было вкусным, хоть и недостаточно прохладным. Мы выпили две бутылки и, пьяненькие, довольные, пошли спать.

3.

В Чефалу было хорошо, действительно хорошо. Наверное, этот город в принципе создан для такого рода отдыха. В каждом баре вам наливают апероль шприц, причем количество алкоголя в коктейле прямо пропорционально удаленности от пляжа. Один из лучших мы выпили в районе вокзала. Еда была не сказать, что слишком уж чудесная. Вот, скажем, заказали мы как-то пиццу неаполитано. Едим, хрустим корочкой. А в голове крутится мысль – блин, в пиццерии в Ковенском переулке как минимум не хуже, а то и… но эту крамольную идею я от себя отогнал.

Большинство времени мы проводили, валяясь на пляже. Теперь у нас был зонт, купленный в магазине за 13 евро, и крем от загара. Так мы и спасались от солнца. Море было чуть прохладней, чем на юге и в нем не было медуз, зато были сотни детей, которые на проверку оказались ничем не лучше, даром что не кусались. По песку бродили продавцы всего что только можно на свете. Какой-то араб тащил на себе с сотню разных надувных крокодилов, матрасов и даже пони. Поэтому его было видно еще с другого конца пляжа. Кто-то продавал платки. Кто-то зонтики. Кто-то все это вместе. Но нам запомнился больше всего парень, продававший кокосы в сиропе. О его приближении можно было догадаться задолго до того, как он оказывался в поле зрения. Он громко пел на манер какого-нибудь Фредди Меркьюри: «Коко бене! Коко! Коко бене! Коко вери найс!». Сначала мы и вовсе решили, что он продает кокаин, но нет… Пиво на пляже стоило три евро. И при определенной смекалке пятнадцать монет можно было растянуть на весь день. Когда же средства заканчивались, мы шли домой, умывались и отправлялись пить апероль.

Шприц

Когда нам совсем надоела такая овощная жизнь, а кожа слезла уже во второй раз, мы купили билет на поезд и отправились в Палермо. Чисто теоретически город мне нравился. Я помнил, что местная команда играла в розовенькой форме, девушки бы сказали лососевой, что по нынешним временам смело. Но сам город оказался одним огромным разочарованием. Мы прошли по нему двадцать пять тысяч шагов, стараясь найти хоть что-то запоминающееся – и все напрасно. Даже мороженое нас разочаровало.

После этого мы поклялись никуда не уезжать из Чефалу – и клятву эту сдержали. В последнюю ночь мы решили дополнить комбинацию апероля и пива белым вином. Тем более, что на набережной выступала какая-то итальянская группа, исполнявшая попурри из знаменитых рок-н-ролльных песен. Мы танцевали на песке, пили вино и чувствовали себя самыми счастливыми людьми на свете.

Пляж, все дела…

4.

Дорога обратно с самого начала обещала стать тем еще приключением.

Утром  мы выписались из гостиницы и как сомнамбулы шлялись по улицам, сгоняя с себя остатки вчерашнего апероля и сухого вина.

Лишь к обеду мы почувствовали себя более-менее.

Зашли в ближайшие бар и поели спагетти с кабачками. Ням-ням. Остаток дня мы провели на вокзале, наблюдая за тем как поочередно отправляются поезда в сторону Палермо и Сиракуз. Потом приехал и наш. Неожиданно это оказался вполне традиционным поездом с купе. Позже, на станции с романтическим названием Барчелонна к нам подсел итальянский юноша в очках, который вообще не кумекал по-английски (и тем более по-русски), но пытался доставить нам минимум дискомфорта.

Меня же в таком ночном поезде поразили какие-то мелочи. Ладно, что итальянцы в соседних купе постоянно трендели за политику. Это как раз обыкновенная вещь. Звучали слова “американцы”, “Трамп”, а еще почему-то “Бин Ладен”. Путина, к счастью, не упоминали. Так вот о различиях. Итальянцы почему-то спят головой в сторону дверей, а не окна. Феноменально, правда? Еще лесенка у них выдвигается не откуда-то сбоку, а достается из-под нижний полки. Такая приличная стремянка, с ее помощью можно не только на второй этаж забраться, но и потолок покрасить.

Пролив на этот раз преодолевали ночью. В темноте мерцали огоньки, словно сбившиеся с пути звезды. Люди шатались по парому, как тени. Мимо нас проплыл какой-то военный катер, а может и не катер, но точно военный. Но мы уже так устали, что почти не могли наслаждаться видом.

Ночью я просыпался десяток раз. Кроме того, было ужасно холодно из-за разогнавшегося кондиционера. За полчаса до прибытия в Рим нас разбудил проводник. Меня пошатывало от недосыпа. А еще больше всего на свете хотелось помыться, но куда там! Мы сдали вещи в багаж и пошли до Олимпийского стадиона — это была моя прихоть. Олимпийский стадион показался мне несуразным. Его верхушку украшали какие-то зефирки. А перед входом разминались люди под руководством тренера, точно группа ЛФК. От метро до стадиона путь неблизкий, поэтому мы пошли освежиться в ближайшее кафе. Сидели там час, ожидая открытия музея современного искусства. По тв показывали встречу Путина и Папы Римского. Путин выглядел обаятельно, как опытный мафиози.

Что касается музея, построенного по проекту Захи Хадид, то меня он скорее разочаровал. Ему остро не хватало самоиронии. 

Затем на трамвае мы добрались до метро — потому что Ксюша наотрез отказалась идти куда-то пешком, и ее можно было понять. Метро-вокзал-аэропорт. Все выглядело слишком нудно.

Мы уже взлетали, когда Ксюша сказала мне: знаешь, а ведь в этот раз Рим меня разочаровал. Я поддержал ее. Но, наблюдая в окошко иллюминатора как растворяется в дымке этот легендарный город, мне стало немного грустно. Но когда мы прилетели домой, я это, конечно, забыл.

Романтичное фото под конец


Please follow and like us: