14. Локомотив — Зенит. Деньги и Репино

(Это художественное произведение. Все совпадения с реальностью — от авторской лени и нехватки фантазии).  

Поссорились с Ксюшей. Все из-за денег.  Дело в том, что денег у меня нет. Перманентно.

Ну то есть немного денег есть, на еду хватает, на сигареты, там. Но вот так чтобы что-то купить — нет.

А тут поджимает время свадьбы, и уже приходит время что-то купить. Что-то такое… серьезное, знаете ли. Кольца, например. Или костюм. А то и платье невесты.

Но штука в том, что денег на такие покупки у меня как не было, так и нет. И не будет. Я на эту свадьбу уже месяца четыре коплю. И скупил рублей семьсот или восемьсот, может.

В общем, на меня обрушился женский гнев. Потому что я сказал, что, возможно, всю эту свадебную мишуру нам придется брать в кредит.

Выяснилось, что Ксюша против кредитов. Наверное, это можно понять, учитывая, что у нас ипотека.

И все же. Необязательно было кидать в меня пепельницей…

Я так расстроился, что еще пару дней футбол не мог смотреть.

Но потом мы, конечно, помирились.

Даже сели вместе смотреть футбол. А ведь смотреть матчи «Зенита» — это особое, ни с чем несравнимое удовольствие.

Это как есть хурму. Хурма вяжет, а ты ее все равно ешь, надеясь, что будет приятно. Но приятно так и не становится. У тебя склеивается рот – и на этом все заканчивается.

А раньше игры «Зенита» доставляли настоящее, ни с чем не сравнимое удовольствие. Иногда – граничащее с мазохизмом.

Скажем, когда «Зенит» выиграл в Кубке России, я сломал стул. Родители заставили меня купить новый. Стул стоил дорого. Но я не расстроился.

А когда через пару лет «Зенит» в финале Кубка России проиграл, я очень расстроился. Я стоял на трибуне и плакал. Но не от того что мне было обидно. А от нахлынувших чувств.

Сейчас, когда я смотрю «Зенит», мне уже не до слез. Иногда я испытываю злорадство. Иногда спокойное удовлетворение. Но злорадство, пожалуй, чаще.

Наверное, это все же не потому что игра «Зенита» стала особенно убогой. А потому что взгляд у меня замылился.

Вот и в воскресенье я смотрел футбол с некоторым скепсисом.

Его подогревала Ксюша.

«Какой у них красивый мяч!», — говорила она.

Конечно, шли разговоры и о Маркизио. Любой совместный просмотр футбола оборачивается разговором о Маркизио.

— Почему он не играет? – спрашивает обычно Ксюша, — ведь он такой… симпатичный?

— Он играет, — успокаиваю ее я, — но в свою игру. Сейчас, наверное, запиливает сэлфи из какого-то магазина.

Такое отношение к Маркизио Ксюшу почему-то обижает.

Но вообще мы прекрасно проводим время. Вернее, я прекрасно провожу время, а Ксюша делает вид. У нее неплохо получается.

Зато перед этим я делал такую же мину, когда мы поехали в музей Репина в поселке со звучным названием Репино.

В лесу было красиво и тихо. Лежал снег. Очарованные туристы неспешно бродили по аллеям. В самом музее нам устроили что-то вроде аудиоэкскурсии. Выглядело это так. Посетителей запускали в помещение. Затем сотрудник музея нажимала кнопку Play и чей-то колоритный голос рассказывал что-то о Репине. Сотрудник музея при этом орудовала указкой.

«Посмотрите налево. Там на стене находится репродукция…» — говорил голос.

Сотрудник музея указкой демонстрировала, о какой именно репродукции идет речь.

«Может быть, раньше они сами вели эти экскурсии, а потом у них перестало получатся?» — предположила Ксюша.

Это было похоже на правду.

Мне же в музее больше всего понравился журнал температурно-влажностного режима. Большая синяя тетрадь лежала в мастерской Репина. Интересно, вел ли его сам художник? Я открыл на произвольной странице. Мелким трудноразборчивым почерком там были записаны показатели температуры и влажность в процентах в комнатах музея. Видимо, вся энергия сотрудников уходит именно на это.

На выходе сотрудники вели тихий разговор.

— Ты вы увольняетесь с мая, Любовь Владимировна?

— Да, Анастасия Михайловна.

— А если я предложу вам поработать до июня, Любовь Владимировна?

— Я буду вынуждена вам отказать, Анастасия Михайловна…

Пошатываясь, я вышел из этого храма искусства.

Потом мы съездили в центр города и решили отметить очередной этап в организации свадьбы – находку фотографа.

Это был важный и ответственный этап, потому что нужно было пролезть между Сциллой дешевизны и Харибдой качества.

Знакомый фотограф, которого мы нашли любезно согласился поработать с нами в день рождения своей девушки, а это серьезный шаг. Это свидетельство настоящей любви.

«С другой стороны, — предположила Ксюша, — он сможет подарить ей гонорар. А подарок получается неплохой».

Тут я с ней согласился. Вообще, готовясь к свадьбе, я понял, что я идиот. Потому что не нужно было получать образование и тренироваться много-много лет писать все эти слова и предложения. Достаточно было стать фотографом на свадьбе. Или ведущим. Эта профессия могла бы обеспечить не только меня, но и моих детей и внуков.

Но я пошел по неправильной дорожке.

В бургерной я совершенно неожиданно для себя отказался от бургера и съел шаверму. Что стало очередной моей ошибкой. У «Адмиралтейской» шаверма куда насыщенные и роднее.

Потом мы приехали домой и стали смотреть футбол. «Зенит» играл, как всегда, вяло. Оздоев целовал Ракицкого. А Дзюба делал вид, что он футболист, а не дуболом.

Когда-нибудь я обязательно схожу на футбол. И, возможно, сделаю это до своей свадьбы. Возможно…

13 глава — здесь.

Весь текст целиком — здесь.


Please follow and like us: