12. Спартак — Зенит. Петровская коса, стендап, немного секса

(Это художественное произведение. Все совпадения с реальностью — от авторской лени и нехватки фантазии).  

Утром в воскресенье мы проснулись и поехали искать счастье. Точнее — ресторан, в котором можно отметить свадьбу. Поскольку у нас не было никакого конкретного плана, то мы просто кружили по городу и заходили в первые попавшиеся заведения.

Нелегкая занесла нас даже куда-то в район Ленинградского металлического завода, где боги поставили между автомойкой самообслуживания и киномонтажом банкетный зал под названием «Юбилей». Кстати, с видом на воду — что, согласитесь, неплохо. Но нам не понравилось название, кроме того, банкетный зал тяготел к гротеску (хотя есть мнение, что это даже плюс).

Так мы удалялись из своего района и ехали куда-то туда, где начинается ветер. То есть к Финскому заливу. Судьба бросила нас сначала на мост Бетанкура, потом под мост… Короче, сами на знаем как мы оказались на Петровской косе. Там такое место, где сначала тоже идут разборки авто, а потом начинается что-то вроде экслава Каменного острова. То есть, место где богатство бросается в глаза. Чтобы отрезать всяких ненормальных при въезде в бывший яхт-клуб берут 200 рублей с машины. В ресторане эти деньги тут же возвращают — конечно, если вы делаете заказ, а не смотрите на официанта, как баран на новые ворота.

Петровская коса — хорошее место. Даже в марте (хотя такого, возможно, нельзя сказать даже про целый город). Виден этот новый вантовый мост, новый стадион, такой близкий и в то же время недосягаемый (а еще похожий на фритюрницу). Чувствуется какая-то странная жизнь во всем ее величии. Здесь нужно не свадьбы гулять и уж тем более не кушать ростбиф с рукколой, а ложиться на мокрый еще газон и медленно умирать, растворяясь в сумерках, как снег.

Но мы все-таки попробовали с умным видом протестировать местные заведения. И хотя моя избранница была в восторге и даже наметила, где лучше поставить трёхъярусный торт, мое лицо выражало скепсис и, наверное, этот скепсис почувствовала и чудесная девушка-менеджер, которая стремительно теряла к нам интерес прямо во время разговора. Вернее, во время вопросов, которые мы ей задавали.

А вопросы были такие.

— Есть ли скидки?

— Что входит в понятие “предоплата”?

— Какой еще на хрен “пробковый сбор”?

Ну и другие.

Мы ушли оттуда немножко приземленные, и вместе с тем, возвышенные. Раздираемые противоречиями и цельные. Но все же так и не нашедшие места, где можно было сыграть самую крутую в 2019 году пирушку.

Затем мы плюнули на все и поехали смотреть стендап в модное пространство на улице Восстания. Модное пространство, которое во времена моей молодости, еще могли назвать “сквот” представляла собой, как это часто бывает, смесь нищеты и богатства. За чумными фасадами скрывался блеск. За непримечательным баром увесистое меню. Здесь нужно было держать ухо востро. Я понял это тогда, когда увидел девушку, выходящую из мужского туалета.

Заведение предлагало на выбор несколько сортов пива — кстати, неплохого, и пиццу, которую нам так и не удалось попробовать. Дело в том, что они открывали при баре как бы концертный зал, который должен был принести им безумную прибыль. Так оно и было, наверное, ведь сто человек заполонили собой все пространство. Один опоздавший парень был готов сесть мне на колени, и я его с трудом согнал. Причем, комик был не то чтобы очень популярный. То есть его показывали раза три по телевизору. Но два раза он выступил так себе. Нет, то есть он славный малый, и я подписан на него в твиттере, но это не Луи Си Кей. Однако его популярность зашкаливала. И главное заполняла собой все вокруг. Наверное, поэтому сбитые с толку официантки не успевали ничего. Они ходили между рядов с маленькими блокнотиками. Спрашивали: “что желаете?”, а потом куда-то испарялись и на их место приходили какие-то другие официантки с такими же блокнотиками и они тоже что-то спрашивали и опять уходили. Самые хитрые клиенты сбегали в бар, рискуя потерять собственное место, и вернулись, держа стаканы в руках, зубах, один шел со стаканом в кармане. В общем, выкручивались как могли. Мне было лень, и я смотрел на это с тоской. Тем более, что начинался футбол, и я все хотел поймать, как птицу за хвост, ускользавшую интернет-трансляцию, но она все ускользала и ускользала.

Уже начал выступать первый комик, который просто предварительно ласкал зал, а я все бился с трансляцией, пытаясь осилить стартовый состав Зенита.

Комик — петербургский очкастый интеллигент — принадлежал к моему поколению, и мне хотелось подняться к нему на сцену и обнять. Потому что его шутки явно не били в эту аудиторию. Он говорил что-то о том, что десять лет работал в офисе, и о своей семье, и о своей обреченности, грустно и лирично, что мне захотелось напиться. Когда он спросил: а у кого тут есть дети? Руку поднял я и еще один несчастный в конце зала. Кажется, он смахивал слезы со щеки.

Потом вышел настоящий комик, ну тот, ради которого был устроен весь вечер. Это дало мне шанс вернуться к трансляции и она, кажется, начала пробиваться. Кто-то куда-то бежал. Зачем-то. Даже было не разобрать, кто играет и с кем.

Шутки у основного комика были попроще и куда более действенные. Аудитория хохотала. Я тоже, хотя он рассказывал какую-то лабуду про студенчество — еще бы про школьные годы чудесные рассказал.

Трансляция и вовсе зависла и перестала работать.

Зал аплодировал.

В конце пришла официантка и сказала, что с нас 500 рублей за два пива. Пришлось потратить некоторое время, чтобы убедить ее — пива я не пил. Кажется, убедить получилось. По крайней мере, я ушел, сказав “до свидания”, улыбнулся и она улыбнулась в ответ.

И Ксюша тоже улыбалась.

Дома я узнал, как закончился матч и даже не расстроился. 1:1. Ни то, ни се. Ничья это как секс без оргазма. Скучно. И говорить не о чем.

11 глава — здесь.

Весь текст целиком — здесь.

Please follow and like us: