8. Фенербахче — Зенит. Последствия отравления

(Это художественное произведение. Все совпадения с реальностью — от авторской лени и нехватки фантазии).  

Когда ты отравился, все идет не так.

В голове появляются назойливые мысли. Куда я пришел к 35 годам? Правильно ли работает моя поджелудочная? Стоит ли ходить в ту забегаловку на углу Малой Морской и Гороховой?

И самая главная: неужели Друзь никакой не знаток? Или его все-таки оболгали?

Идешь по городу – снег коричневый, небо серое, люди агрессивные. Ничего не радует. Даже женщина в сером пальто, розовом капюшоне и солнцезащитных очках. В таком состоянии ты уверен: это не для имиджа, а потому что на левом глазу у нее синяк.

Плохо почувствовал себя еще вечером. Выкурил сигарету – и затошнило. Сначала решил, что сигарета бракованная. Масштабы проблемы определились позже. Всю ночь я мучился. Мне снились кошмары. Какая-то малопонятная война. Мне в этой войне отводилась роль обреченного статиста. Я бегал среди руин и пытался выжить. Потом я понял, что это слишком напоминает фильм Романа Полански «Пианист» и проснулся. Ох, лучше бы не просыпался…

Утром встал с головной болью и обреченным желудком. Доковылял до кухни. Грустно посмотрел на кофеварку, которой не суждено в этот день работать.

Закрались мысли о том, что неплохо бы взять отгул, но как назло день был какой-то особенно важный, по крайней мере, таким он мне тогда казался.

Кое-как оделся и поехал на работу. В офисе старался минимизировать количество движений. На работе люди вовсе заподозрили, что я стал героиновым наркоманом. Потому что я молча уткнулся в монитор и сидел так, не шевелясь весь день. Ко мне даже подходили, чтобы пощупать пульс, а я только стрелял глазами, наполненными слезами. А один коллега подсказал, где можно купить дозу…

Впрочем, в конце дня стало получше. Я даже смог смотреть на еду. Но все равно в этот день кроме сухарей и риса мне ничего было нельзя употреблять. Неудивительно, что весь вечер я мечтал о ростбифе, пусть и имел весьма приблизительное предположение, что это такое.

Матч «Зенита» я смотрел через призму желудочной муки.

Наверное, «Зенит» должен был сделать что-то из ряда вон выходящее, чтобы я снова почувствовал вкус жизни.

Но «Зенит» ничего такого не делал.

«Десятилетия идут, — писали в интернете, — а Анюков продолжает оставаться лучшим у «Зенита»…

А вообще сколько таких матчей я уже видел? Выездная игра в еврокубках. «Зенит» изо всех сил обороняется, другая команда давит. Потом «Зенит» пропускает. У всех игроков обреченные, унылые лица… Кажется, такой стиль начался уже при Морозове, а дальше с переменным успехом его продолжали все приглашенные специалисты. Только Адвокат натолкнулся на феерический талант Аршавина и прочие составляющие и был вынужден прервать традицию, но потом быстро понял, что к чему и продолжил в классическом стиле.

Я бы совсем загрустил, но интернет работал из рук вон плохо. Картинка иногда зависала. А иногда я слышал только комментаторов, но ничего не видел. Поэтому в матче появилась дополнительная интрига.

Внесла свою лепту и Ксюша. Она решила раскрыть карты и сказала, что не любит футбол. Сказала, что у нее есть вещи для просмотра и поважнее. Например, новая серия «Анатомии Грейс». Кажется, там недавно начался 125-й сезон.

Учитывая, что телевизора в нашем новом доме нет, а есть только ноутбук (плюс криво собранный захожим мастером шкаф для одежды и криво собранная мною кровать), борьба за просмотр развернулась нехилая.

Я победил. Я доказал, как важен этот матч в зенитовской историографии. Ведь это тот матч, когда в основном составе вышел Краневиттер, а Эрнани даже смог сделать подкат.

Ксюша ушла на кухню. Как я думал грустить. Но спустя полчаса, когда начался перерыв, эта святая женщина вернулась с чашкой куриного бульона. Для меня. А я почувствовал себя грубым и дерзким мужланом, который не может поступиться каким-то дурацким футболом ради семейного счастья.

Кстати, возможно, на это и был расчет.

Но она попала в самую точку. В самое мое сердце.

В общем, футбол пришлось выключить и насладиться 125-м сезоном прекрасного сериала про непростую женскую долю. Там было… Там было… А впрочем, я не помню, что там было.

Счет же матча мне потом на работе объявили.

Седьмая глава — здесь.

Весь текст целиком — здесь.

Please follow and like us: