Избранное. 23 ноября

Очередная пятница. И очередной выпуск блестящих рекомендаций.

1.Рекомендации

Начнем с проверенного. Вот действительно крутые ссылки, которые я нашел в интернете на неделе.

«Петербургский дневник» написал о визите писателя Эрика Вюйара. 

Интересный текст о шоу Зенита на ютубе

Мое любимое. О маркетологе, который придумывал по слогану каждый божий день. 

Интервью с Гудковым. Медуза, видимо, украла конспект интервью Дудя и задала Гудкову почти те же вопросы. Но если лень смотреть 2-часовое видео, можно и почитать текст. 

Някрошус умер. Это великий режиссер. Месяц назад смотрел в «Балтдоме» его спектакль по прозе Светлын Алексиевич. Было хорошо, хотя это и не самая лучшая его работа. А вот старое интервью с Някрошусом. Теплое, человечное. 

2.Классная фотка.

3.Что у меня случилось?

Дайджест новостей. Во-первых, я запустил свой подкаст. В первом выпуске – Дмитрий Данилов. Во-вторых, нашел забавный рассказ в архиве и опубликую его в воскресенье в постоянной рубрике с прямолинейным названием «Воскресный рассказ». В-третьих, вот прямо сейчас я готовлюсь к петербургскому Балы прессы, и наверное, это будет прикольно. Все остальные новости более-менее скучные.

Ах, да, забыл. Книга «Йетство» действительно скоро выйдет. А презентация будет в Книжной лавке писателей 12 декабря (предварительно).

4.Стихотворение недели

Здесь можно было бы опубликовать Киплинга, на которого я натыкаюсь всю неделю. Но вместо этого просто одно из любимых. Григорий Иванов.

Свободен путь под Фермопилами
На все четыре стороны.
И Греция цветет могилами,
Как будто не было войны.

А мы — Леонтьева и Тютчева
Сумбурные ученики —
Мы никогда не знали лучшего,
Чем праздной жизни пустяки.

Мы тешимся самообманами,
И нам потворствует весна,
Пройдя меж трезвыми и пьяными,
Она садится у окна.

«Дыша духами и туманами,
Она садится у окна».
Ей за морями-океанами
Видна блаженная страна:

Стоят рождественские елочки,
Скрывая снежную тюрьму.
И голубые комсомолочки,
Визжа, купаются в Крыму.

Они ныряют над могилами,
С одной — стихи, с другой — жених…
…И Леонид под Фермопилами,
Конечно, умер и за них.

Please follow and like us: