«Учитель — такая профессия, в которой нельзя расслабляться»

5 октября в России отмечали Всемирный день учителя. Спустя несколько дней после праздника мы поговорили с победителем национального проекта «Образование», педагогом лицея № 226 Светланой Берестовицкой о детских мечтах, роли литературы в современном мире и профессиональных амбициях.

— Для начала хотелось бы узнать, как получилось, что Вы пошли работать в школу?

— Я не хотела становиться учителем. Более того, была уверена, что меня ждет карьера актрисы. Поступала я в театральный институт, но не поступила. Поскольку с детства любила играть в школу и литературу очень любила, решила пойти на филфак. Это был мой запасной вариант. Я не бросила свои попытки и каждый год подавала документы на актерский факультет, но меня не брали. Уже потом я поступила заочно на режиссерский, окончила курс с красным дипломом и тут поняла: это не мое, я хочу работать в школе, здесь мне хорошо.

— Кстати, я заметил, что многие учителя в детстве играли в школу.

— Наверное, это все неспроста. Я в школу действительно часто играла. Мне нравилось, чтобы меня слушались. Строго спрашивала с «учеников», ставила двойки, а пятерки – почти никогда.

— А сейчас Вы строгая учительница?

— Думаю, что нет. Чем я старше становлюсь, тем сложнее мне ставить ученикам плохие оценки. Наверное, потому что у меня самой три ребенка. Средний в девятом классе, и каждую его двойку я переживаю, словно сама получила. Поэтому я представляю, что будут чувствовать мама с папой, когда увидят неуд в дневнике у моего ученика. Мне не хочется, чтобы ребенок боялся оценки. Я вообще стараюсь подходить к процессу обучения гибко. До бесконечности позволяю переделывать, главное, чтобы у ребенка что-то получилось. Я стараюсь оценивать труд, а не то, сколько способностей ему отпущено. В конечном счете кто-то может просто не иметь склонности к написанию сочинений. Ну и что? Зато он стихотворение хорошо прочитает. В общем, я всегда стараюсь поощрить желание учиться. Ну а если человек и сам не учится, и другим мешает, тут какие могут быть вопросы? Ставлю два в журнал.

— После окончания института Вы пришли работать в школу. Сильно ли реальность отличалась от Ваших представлений о работе учителя?

— Я помню, чувствовала себя непривычно, когда меня называли по имени-отчеству. Я была довольно демократичным педагогом. Мне очень хотелось спрашивать мнение пятиклассников. Чуть ли не чтобы они мне оценки ставили. Я даже обратилась с таким предложением к завучу. Она на меня посмотрела и строго сказала: «Этого делать не надо»… Мне очень повезло с завучем. Елена Георгиевна Милова, сама учитель литературы, учила меня всему: от заполнения журнала до методики проведения открытого урока. Мы и сейчас дружим. Так что школьная реальность просто сразу стала моей жизнью.

— Сейчас работа учителя сильно отличается от работы учителя десятилетней давности?

— Я начала работать в девяностые, и тогда было больше свободы, на мой взгляд. Не было бесконечного круговорота бумаг. С другой стороны, бестолковщины хватало. Ну а суть нашей деятельности не изменилась. Нужно учить, воспитывать. Здесь сложно придумать какие-то новые функции. У меня, правда, отношение к занятиям стало другим. Раньше меня интересовал сам урок, его методика, а сейчас мне интересен ребенок и педагогика как таковая. Для меня главное, чтобы ученику было хорошо.

— Дети сейчас изменились?

— Я бы так не сказала. Дети в принципе очень разные. На уровне поколений, конечно, какие-то изменения происходят, но они не очень глобальны. Хотя сейчас труднее ребенка заставить читать, потому что нет экзамена по литературе. Еще мне кажется, дети стали более нервными. Но может быть, просто я стала замечать какие-то вещи, которые раньше не видела.

— Вы говорите, читать стали последнее время меньше. Для Вас как для учителя литературы это проблема?

— Да, это проблема. Я даже со своим ребенком ее ощущаю. Когда мы учились в советское время, литература была одним из главных предметов, важным с точки зрения идеологии. Поэтому литературе уделялось колоссальное внимание. Сейчас такого нет. У детей меньше мотивации для того, чтобы читать. Кроме того, чтение – это напряжение, а ребенок существует в другом, отличном от взрослых ритме. Посмотрите те же мультфильмы. Там за минуту экранного времени происходит столько действия! А возьмите «Обломова». Ребенок читает, читает, читает, читает. И ничего не происходит. Конечно, ему скучно, он-то привык к другому… Сейчас меня спасают аудиокниги. Я своему сыну их покупаю, и, по-моему, это неплохой компромиссный выход из ситуации. Он их без проблем слушает и все воспринимает.

— Экзамен по литературе отменили. Дети теперь не спрашивают: «Зачем нам это надо?»

— Нет. Они все-таки понимают, что литература – это важная культурная составляющая. «Потерял точку опоры, попробую поискать у Достоевского», — написал в свое время Блок. Очень верные слова. Куда же без этого?

— В этом году Вы победили в национальном проекте «Образование». Почему решили участвовать в конкурсе?

— У меня уже давно созрела идея в нем поучаствовать. Еще в первый год его проведения я просматривала критерии и удивлялась: его как будто специально для меня придумали. За одним исключением: нужно быть оформленной в школе, а у меня основным местом работы был методический центр. Как появилась возможность в нем участвовать, я это сделала. Особых сложностей у меня не возникло. Если, конечно, не считать за сложность сбор документов. Там на каждый лист нужно было поставить печать. Я, наверное, неделю к директору ходила: «Подпишите, пожалуйста, эту бумажку. И эту. И эту». К счастью, директор у нас терпеливая, все подписывала и каждый раз желала удачи.

— Когда узнали, что выиграли, какие эмоции испытали?

— Это было что-то невероятное. Очень переживала и, когда узнала результаты, безумно обрадовалась. Сама не знаю, почему так сильно хотела выиграть. Кстати, загадала себе, если выиграю, поеду отдыхать вместе с семьей в Италию. Вот теперь хочу это осуществить.

— Вы – кандидат педагогических наук, и сейчас еще и в докторантуре занимаетесь. Почему решили получать ученую степень?

— У меня и мама и папа – доктора наук (химический и технических). Папа защитился в 70 лет. Так что я продолжила семейные традиции. Конечно, родители хотели, чтобы я занималась точными науками, но у меня были совсем другие планы. Это они уговорили меня пойти в аспирантуру. У меня был замечательный научный руководитель, Алевтина Сергеевна Роботова, ее знают все учителя русского языка и литературы Санкт-Петербурга, потому что она долгие годы читала педагогику на филфаке. Теперь, когда я работаю над докторской, она мой научный консультант. Это настоящий учитель и настоящий ученый. Благодаря ее руководству я написала кандидатскую за полтора года. Материал был знакомый, на уроках литературы для меня всегда самыми важными были мировоззренческие проблемы. С докторской, конечно, все гораздо сложнее. Это совсем другой уровень научного обобщения, и мне он пока дается с большим трудом.

— У Вас ученая степень, значит, есть возможность преподавать в институте. Почему Вы еще не там?

— Знаете, это, наверное, просто не мое. Такие предложения ко мне поступали, но я не хочу. Мне и в школе хорошо. Кроме того, работа в институте совсем другая. Дети мне интереснее, чем студенты.

— Как, кстати, они Вас поздравили с профессиональным праздником?

— Очень мило. У меня ведь день рождения 4-го октября, а День учителя – 5-го, поэтому два праздника как бы наслаиваются друг на друга. В этом году ко мне приходил мой десятый класс. Мы славно посидели, попили чай. Я бы сказала, что это был один из лучших Дней учителя в моей жизни.

— Мы сейчас записываем интервью в актовом зале школы. Это значит, что у Вас еще остались театральные амбиции?

— О нет! Это уже в прошлом. Так, только какой-то сценарий с детьми подправишь или праздник поможешь поставить как режиссер. Не более того. Мое место – место учителя литературы.

— Хорошо. А профессиональные амбиции у Вас есть?

— Когда-то мне очень хотелось участвовать во всех конкурсах и везде побеждать, но сейчас такого желания у меня нет. Ведь наши основные победы – они незаметные. Вот у ребенка было три с минусом, а стало три с плюсом. Или у него отношения с классом наладились. Или классный вечер прошел душевно. Вообще у нас такая профессия, в которой нельзя расслабляться. Вот ты вроде бы там победил, здесь победил и раз! – с каким-то классом не складываются отношения. Приходится искать новые подходы к детям. А вообще, мне хочется просто работать и получать от работы каждый день удовольствие.

Антон РАТНИКОВ

Please follow and like us: